Сценарий эпизода театрализованного представления, посвященного Дню Мечты — «Дороги, уходящие за горизонт».

Третий эпизод

«Дух Бога Солнца».

Сцена представляет из себя корабль. На заднем плане, посередине сцены стоит мачта со сложенным парусом.

Затемнение.

Шум моря. Издалека звучат детские голоса, «Тур, Тур», «Куда ты», «Постой Тур», «Вернись Тур». Голоса звучат от громкого к тихому.

Голоса стихают. Пушкой высвечивается мальчик, который сидит на ящике 2 метра высотой (ящик лежит на боку) закутанный в плотное одеяло, он дрожит.

Женский голос. Опять решил порисоваться Тур?

Тур. Прости мам.

Мужской голос. Ты считаешь, что прыгать по льду это хорошая идея?

Женский голос. Ты ведь даже не умеешь плавать.

Тур. Я просто хотел…

Мужской голос. Если бы не Эрик, тебя бы уже не было с нами.

Женский голос. Долго это будет продолжаться?

Во время текста, Тур достает из-под одеяла маленький плот. Он начинает играть плотиком.

Вместе. Когда ты уже повзрослеешь? Тур ты меня слышишь? Тур!

Ящик начинает разворачиваться на 180 градусов. На другом конце сидит Тур Хейердал взрослый с плотиком в руках. Он смотрит на фигурку плота. Загорается свет, на сцене стоят люди разных соц. слоев, связанные с научной жизнью Тура Хейердала.

Член Научного комитета. Мистер Хейердал, бросьте это ребячество или вы всерьёз готовы рискнуть карьерой ученого, ради какой-то абсурдной затеи?

Друг детства. Тур, я знаю тебя с детства, ты всегда любил рисковать, но детство кончилось, пора взрослеть, всему есть предел.

Моряк. Мистер Хейердал, Тихий океан, это вам не озеро, где-то в Норвегии, плот, он неуправляем, не успеет пройти две недели, как вас разнесет в щепки первой же волной, это невозможно.

Жена Тура. Тур, а как же мы, я и дети? Ты подумал о нас, что будет с нами?

Корреспондент. (с ухмылкой)
Тур, вы собираетесь отправиться в опасное путешествие, но говорят, что вы до сих пор не научились плавать, вам не кажется это слегка безрассудным? Так скажите, как к вам могла прийти в голову эта идея?

Вместе. Да, Тур Хейердал, расскажите, как к вам пришла в голову эта идея.

Тур поднимает голову и смотрит в зал. Свет начинает гаснуть. Тур встает.

Тур. Действительно, когда. Может быть, все началось прошлой зимой в кабинете музея в Нью-Йорке? А может быть, ещё десятью годами раньше, на одном из островков Маркизского архипелага в центре Тихого океана.

Затемнение. Он уходит вглубь сцены, в темноту. Ящик поднимается. Загорается свет. Стоят пять ящиков в полукруге. Ящик, который стоял в центре, отъезжает в полукруг.

Звуки барабанов. На сцене появляются полинезийцы, которые исполняют ритуальный танец. На них направлен свет, таким образом, что на заднике появляются огромные тени.

Тур. Да, я отчетливо помню, все началось на маленьком островке с ржаво-красными обветренными скалами, зелеными зарослями и стройными пальмами. Островок назывался Фату-Хива.

Звуки барабаном усиливаются. Полинезийцы вывозят 6 деревянных ящиков с человеческий рост, на ящиках изображены лица Полинезийских богов. Ящики ставятся в один ряд. Туземцы садятся в полукруг. Затемнение. В центре сцены высвечивается Тур.

Тур. Это было начало 1937 года. Тогда я совершал свадебное путешествие. Цивилизованный мир казался невообразимо далеким и нереальным. Больше всего мне запомнился один вечер. Мы сидели на берегу, смотрели на океан и прислушивались к рассказу полинезийского старейшины по имени Тейя.

Появляется старейшина. Начинает говорить на полинезийском. Голос звучит издалека.

Тур. Тейя расскажи, откуда пришли ваши предки?

Звучат барабаны. Свет приглушается.

Тейя. Наш народ верит, что Тики. Он был и бог, и вождь. Тики привел наших предков на эти острова. Они приплыли из страны, лежащей далеко за морем на востоке. Все приходит с востока. Ветер, течение и солнце. Тики следовал за солнцем.

Тейя указывает рукой на полинезийца, который вышел из-за ящика в маске Тики с копьем. Они издает боевой клич и поднимает копье вверх.

Звучат барабаны. Рядом с Тики появляются его сполеменники. С другой стороны сцены появляются туземцы из другого племени в боевой раскраске и копьями.

Начинается пластическая зарисовка на тему «Битва между племенами».

Во время пластической зарисовки, большая часть племени Тики погибает, и они отступают к ящикам.

Затемнения, высвечиваются только туземцы Тики и Тур с Тейей на заднем плане.

Начинается пластическая зарисовка на тему «строительство плота».

Туземцы кладут два ящика набок рядом друг с другом. Садятся на них. С помощью копий начинают грести. Из левой кулисы начинают выплывать маленькие плотики. Барабаны усиливаются. Раздаются раскаты грома. Один за другим исчезают плотики, остается только один. Загорается красный цвет. Слышны крики чаек. Туземцы поднимают два ящика. Все 6 ящиков сдвигаются вместе на середине сцены. Тейя подходит и берет из рук туземца последний плотик. Тур подходит к Тейи.

Тейя. Все приходит с востока. Ветер, течение и солнце. Тики следовал за солнцем. (передает плотик Туру и указывает рукой в сторону сложенного паруса).

Затемнение. Тур идет к сложенному парусу. Ящики раздвигаются (по типу ворот), пропуская вперед Тура. Перед парусом появляется огромная маска Тики. Тур подходит к ней. Поворачивается в зал. Высвечивается только Тур, и за его спиной маска. Звучит музыка.

Тур. Все приходит с Востока, все сходится, вот почему каменные изваяния так схожи, с теми, что мы видели в Южной Америке, как мы раньше не поняли, что Полинезию заселили с Востока.

Музыка обрывается. Ящики резко переворачиваются другой стороной. Свет над маской гаснет и она исчезает.

Темно. Звуки машин. Загорается свет. На сцене 6 деревянных ящиков, которые стоят полукругом, каждая стенка ящика представляет собой дверь, на стенке каждого ящика висит табличка. Выходят 6 чиновников. По 3 чиновника с каждой стороны, они идут полукругом навстречу друг другу, здороваются. Каждый встает напротив ящика. В центре появляется Тур с папкой. Каждый чиновник читает листок с теорией Хейердала.

1-ый чиновник. Мистер Хейердал, вы ошибаетесь, в корне ошибаетесь.

2-ой чиновник. Ваша научная работа ложная и беспочвенная.

Тур. Но вы ведь ещё не читали моих доводов.
Только представьте.

Тур делает из бумаги и карандаша плотик. Расставляет чиновников, выстраивая из них маршрут полинезийцев.

Тур. Вождь Тики, из-за войны, вспыхнувшей на территории современной Перу, вынужден был отступить к берегу и на бальсовых плотах отплыть в неизвестную им сторону.

Тур изображая плывущий плот, идет от одного чиновника к другому.

3-ий чиновник. Что вы делаете? Нельзя же подходить к этнографическим проблемам так, словно это детективная загадка.

Тур. Они построили плоты, (показывает плотик и продолжает путешествия по чиновникам) и отплыли в неизвестном для них направлении.

4-ый чиновник. Задача науки исследование, а не попытки что-либо доказать.

Тур. Они
попали в течение Гумбольда, которое и отнесло их к островам Полинезии.

Подходит к последнему чиновнику.

5-ый чиновник. Вздор. Заселение Полинезии с востока невозможно. И знаете почему?

6-ой чиновник. Ответ очень прост. Они не могли туда попасть, потому что у них не было лодок. (берет плотик)

Тур. Но я только что продемонстрировал, что они прекрасно справились с этой задачей с помощью плотов.

1-ый чиновник. Ну что ж, если хотите чтобы вашу теорию приняли. Попробуйте добраться из Перу до тихоокеанских островов на бальсовом плоту.

2-ой чиновник. (с разворота)
Кстати Мистер Хейердал, вы забыли вот это.

Чиновник мнет плотик и кидает на пол смятые листы. Остальные сворачивают листы, которые они держали в руках и кидают на пол.

Чиновники разворачиваются, уходят в ящики и закрывают дверь.

Затемнение. Тур начинает нервно ходить из стороны в сторону.

Тур. Невозможно. Почему это невозможно? Кто сказал, что это невозможно?

Тур останавливается. Вперед выезжает ящик. Он стучит по нему. Осторожно открывается дверь. Появляется мужчина. Широко распахивает дверь, улыбается и обнимает Тура. Они кладут ящик набок. Они садятся на него.

Карл. Ну, здравствуй, Тур. Молодец, что заехал ну что там с твоей теорией? Ты получил ответы на свой запрос?

Тур. Да, получил.

Тур встает. Открывает по очереди каждую дверь ящика. За ней стоят почтальоны с посылками.

Почтальоны. Почта. (переворачивают посылку оттуда вываливаются смятые листы).

Тур выходит на середину, берет с пола смятый лист и протягивает его Карлу.

Карл. (смеется) Тур, все очень просто, те к кому ты обращаешься, думают, что все это твоя фантазия. В мире, как ты знаешь, сколько угодно чудаков.

Тур. Проблема в том, что я знаю, я точно знаю.

Кидает смятый лист в зал. Молчание.

Карл. Из Чикагского университета что-нибудь ответили?

Тур. Нет.

Карл. А что сказал твой старый приятель из музея?

Тур. Его моя теория тоже не заинтересовала.

Тур вскакивает и начинает быстро ходить по сцене.

Тур. Они все ссылаются на то, что у индейцев были только плоты, а это видите ли значит, что нечего и думать о том, чтобы они могли открыть полинезийские острова. Ну ты Карл, ты как ученый, скажи, как можно не верить очевидному.

Карл.
(кашляет) По правде говоря, мне тоже это кажется таким препятствием, которое ставит под сомнение всю твою теорию.

Тур застывает на месте.

Карл. Ты только не пойми меня превратно. Я допускаю, что ты прав, но уж очень все это непонятно.

Тур. А знаешь, что Карл. Я верю, что индейцы ходили на своих плотах через весь Тихий океан. (подходит к Карлу) И я готов сам построить плот и пересечь на нем Тихий океан.

Карл смеется.

Карл. Ты с ума сошел.

Тур. Может быть и так, но я докажу, что это было возможно.

Карл. Тур тебе надо просто немного выспаться. Заезжай завтра, мы все с тобой обсудим.

Тур. Хорошо Карл.

Они поднимают ящик. Карл открывает дверь и уходит в него. Ящик отъезжает вглубь сцены. Тур провожает его взглядом. Затемнение.

Тур. Всего лишь каких-то 6000 миль. Всего лишь.

Тур уходит.

Звучит музыка. Раздаются голоса. Матросы вывозят ящики, кладут их на бок, рассаживаются на ящики. Громко говорят и пьют. Ящики стоят в хаотичном порядке. Выходят официантки с пивом.

Матросы. Оооооо.

Официантки разносят пиво.

Моряки поют песню (музыка песни «Старый корабль» группы Машины Времени). Танцевально-пластический номер на тему морской жизни.

Я бороздил реки, моря, проливы

На корабле в шторм попадал не раз,

И если мой друг, в детстве ты был пугливый

То от мечты, ты откажись сейчас.

 

Море мой друг, случайных людей не любит

Не любит оно, хлюпиков и слабаков,

В пене морской жизни людские губит

Судьба моряка ветру идти на зов.

 

Поверь, я знаю, что такое девятый вал

Я их немало повидал,

И с морем породнился я уже давно

И если ты решил пройти, весь этот путь

Назад не сможешь повернуть

Готовься вместе с кораблем своим

Пойти на дно.

На середину сцены выбегает Тур и встает на ящик.

Тур. А что бы вы сказали, если бы кто-то собрался пересечь Тихий океан на бальсовом плоту?

Выходит на авансцену. Моряки смеются.

Моряк. На плоту? (ухмыляется) Хотите совет?

Готовься вместе с кораблем своим

Пойти на дно.

Тур. Но я серьёзно, я хочу совершить это путешествие.

Протягивает ему чертёж плота. Моряк берет чертёж.

Моряк. И я серьёзно, первая волна разнесет ваш плот, и вы пойдете ко дну, поэтому я говорю вам, это невозможно. (Комкает чертеж и бросает на пол.)

Моряки уходят. Звучат удаляющиеся смеющиеся голоса.

Тур бежит за ними.

На сцену выходит мужчина. Тур возвращается на авансцену. Мужчина берет смятый чертеж, изучает его. Поднимает голову и смотрит на Тура.

Герман. Извините, я случайно услышал разговор, вы, правда, хотите переплыть Тихий океан на плоту?

Тур. Да, а что, вы тоже хотите сказать, что это невозможно? Вот так этот чертеж смотрится лучше.

Забирает его, мнет и отдает Герману.

Герман. (снова разворачивает его) Нет, я хочу сказать, что если вы используете вместо канатов, железный трос, то шансов выжить будет больше.

Тур. Вы моряк?

Герман. Нет, я инженер. Мое имя Герман Ватц и, если вы позволите, я хотел бы плыть с вами.

Тур обходит его. Выходит на авансцену. Свет гаснет. Освещается только Тур.

Тур. Что я знал о нем? Только то, что может рассказать прямое, открытое лицо. Я знал его имя и то, что такой сухопутный краб, как и я. Впрочем, этого иногда оказывается достаточно.

Загорается свет. Тур подходит к Герману. Жмет ему руку.

Тур. Добро пожаловать в команду, отплываем из Перу через 2 месяца, пока не начался сезон дождей. Но есть одна проблема, нам нужно раздобыть денег, чтобы это сделать.

Герман. Отлично. Тогда пора приниматься за дело.

Тур. С первым же поездом мы отправляемся в Вашингтон.

Ящики выезжают на передний план, двигаются по кругу и выстраиваются в хаотичном порядке.

Звучит музыка. На заднем плане появляется хор в костюмах, (хор бюрократов), исполняют песню «Бюрократов» из к/ф «Забытая мелодия для флейты»

Хор. Мы не пашем, не сеем, не строим

Мы гордимся общественным строем

Мы бумажные, важные люди

Мы и были, и есть мы, и будем

Наша служба трудна изначально

Надо знать, что желает начальник

Угадать, согласиться, не спорить

И карьеры своей не испортить

 

Чтобы сдвинулась с места бумага

Тут и гибкость нужна и отвага

Свою подпись поставить и визу

Все равно, что пройти по карнизу.

 

Нас не бьют за отказы-запреты,

Мы как в танках своих кабинетах

Мы сгораем, когда разрешаем

И поэтому все запрещаем

 

Нет страшнее бумажной постройки

Не страшны ей ветра….ускоренья

Мы бойцы, мы службисты- солдаты

Колоссальнейшего аппарата

 

Мы бумажные, важные люди

Мы и были, и есть мы, и будем

Мы не пашем, не сеем, не строим

Мы гордимся общественным строем.

Во время исполнения песни, Тур и Герман, подходят к дверям ящиков, стучатся в них. Двери ящиков открываются, оттуда высовываются руки с бумагами. С каждым разом они начинают двигаться все быстрее и быстрее, стопка бумаг в руках Тура и Германа увеличивается.

В это же время парус с изображением Кон-Тики опускается все ниже с каждым бумажным кругом.

Темп ускоряется. Из кабинетов высовываются руки, они указывают в разное направление. Из кабинетов начинают выходить люди (чиновники), которые держат перед собой бумажные листы. Они начинают движения, образуя спирали, превращаясь в бумажного змея вокруг Тура и Германа. Хор начинает кидать бумаги, закидывая её все вокруг.

Тур. (кричит) Хватит!!!

Музыка обрывается. Люди останавливаются.

Листы бумаги падают из рук

Голоса. Мистер Хейердал, мы просто выполняем свою работу. Желаем удачи.

Они резко разворачиваются и уходят по кабинетам. Двери резко захлопываются. Хор уходит.

Тур. Вот, наконец куплены два билета, и мы летим на самолете в Южную Америку.

Звучат шаги. Сначала тихие, потом все громче.

На сцену выходит Президент Перу (пожилой смуглый мужчина в белом костюме).

Президент. С приездом в Южную Америку, Мистер Хейердал, я Президент Перу Бустаманте-и-Риверо. Меня заинтересовала ваша теория. Вы уверены, что Полинезию могли заселить из Перу?

Тур. Уверен. И именно это я и хочу доказать. (Указывает на бумагу)

Президент. (берет бумаги, разглядывает их) У меня хорошие новости, Перу заинтересовано в вашей экспедиции. Мы предоставим все, что нужно можете больше не волноваться. (отдает Туру листы бумаги).

Уходит.

Звучит перуанская музыка. На сцену выходят люди (жители Перу). Они разгребают бумажные горы лопатами.

Тур и Герман, каждый двигает свой ящик на авансцену, и составляют из них нос плота. Садятся на ящики.

Перуанцы натягивают парус, ставят остальные ящики в полукруг. Звуки стройки (звуки пилы, молотка, крики рабочих).

Тур. Мы решили собрать команду из 6 человек. Так будет более разнообразная жизнь на плоту, и проще будет нести вахту.
Двое уже есть. Доброе начало! Осталось найти ещё 4-х добровольцев.

Двери 4-ых ящиков открываются. В них появляются 4-ро мужчин с письмом в руках.

Тур. Я сочинил коротенькое письмецо. В нем говорилось без всяких околичностей:

Все 4-ро: Собираюсь пройти на плоту через Тихий океан. Поедете со мной? Обещаю только бесплатный проезд до Перу и Южных морей. Отвечайте немедленно.

Молчание. Сначала звучит тихий смех, потом они начинают смеяться все громче. И с шумом убегают и через некоторое время возвращаются в походной одежде.

Тур и Герман поворачиваются к ним. Они подбегают друг к другу, здороваются, громко разговаривают и обнимаются.

Тур. Герман, позволь тебе представить твоих будущих товарищей. Эрик, мой близкий друг детства, единственный из нас, кто был в море. Кнут и Торстейн, лучшие радисты, которых я когда-либо видел. И конечно же Бенгт Даниельсон, ученый и единственный, кто умеет готовить. (во время слов, Тур подходит к каждому по очереди представляя его).

Бенгт. И да, я среди вас единственный швед.

Все смеются и жмут руку Герману.

Тур. Ну, все тогда дело за малым. Осталось проведать плот и устроить праздничный вечер, в честь прощание с землей.

Звучит торжественная музыка. Команда «Кон-Тики» выстраивает из ящиков плот. На заднем плане высвечивается толпа людей, которые кричат, смеются и машут цветами. Появляется мужчина с книгой и читает молитву команде. Команда смеется и машет рукой толпе.

Тур. К нам постоянно подходили, знакомились, брали автографы и просто пытались как-то заговорить. Они думали, что больше нас уже не увидят.

Команда смеется и продолжает общаться с людьми. Тур поворачивается к зрителям. Крики и музыка становятся более отдалёнными. Опускается парус. Свет гаснет. Тур подходит к парусу. Освещается только парус. Появляется тень женщины и детей. Звук телефонных гудков.

Тур. Я хотел попрощаться, Лив, выходим через несколько часов.

Лив. Ну, до свидания Тур.

Тур. Лекарства с собой взял, много, так что не переживай.

Лив. Надеюсь, они тебе не понадобятся.

Тур. Да я тоже.

Лив. Мальчики желают тебе удачи.

Тур. Спасибо, а ты?

Молчание.

Тур. Не сердись, Лив. Через 100 дней наша жизнь совершенно изменится.

Лив. Я только молюсь, чтобы через 100 дней у детей был отец.

Тур. Прости, Лив. Я только хотел…

Лив.
(перебивает) Удачи, Тур.

Звонок обрывается. Гудки. Загорается свет.

Он медленно поднимается на плот. Загорается свет. Вся команда стоит на плоту. Звучит фонограмма средневековой скандинавской баллады «Herr Mannelig» , повествующая историю о храбром рыцаре.

Тур. 27 апреля. Последний день перед отъездом. Мы забрались высоко в горы, чтобы досыта наглядеться на скалы и утесы. Мы буквально пожирали глазами камни, утесы и зелень лугов. Мы внушали себе, что суша нам осточертела. Теперь нам не терпится поскорее узнать океан.

Музыка усиливается. На парусе высвечивается изображение Тики.

Тур. 28 апреля. Пора! Все на борт!

Вместе. По местам!

Затемнение. Люди в черном (рабочие сцены) снимают парус и выходят на середину сцены. Они держат его в руках в горизонтальном положении. На парус кладут маленький плотик. Парус то обнимается, то опускается.

Свет высвечивается только парус с плотиком и лицо Тура на заднем плане. Звуки моря.

Тур. Судовой журнал. День первый. Буксир вывел нас из бухты, туда, где некогда ловили рыбу племена индейцев. С радостью и облегчением мы смотрели, как легко переваливает плот через шипящие гребни.

Судовой журнал. День второй. Волны усилились. Часы проходили в непрерывной борьбе со штурмовавшими нас волнами.

Судовой журнал. День девяностый. Мы победили множество штормов, мы сжились с морской живностью, и совершили множество открытий, касающихся морской жизни и морских обитателей. Мне казалось, что больше нас ничего не сможет сломить. Но я ошибался.

Музыка обрывается. Сильный раскат грома. Выключается свет. Люди в черном вешают парус на мачту. Вокруг плота (во всю сцену) раскинута синяя ткань. Она то поднимается, то опускается.

Вновь звучит музыка (сильная, энергичная, мощная). Высвечивается парус. Яркий свет.

Вместе. Вперед!

Тур. Надо установить на место рулевое весло. Эрик определи наш курс. Торстейн и Кнют, мне нужна связь. Герман и Бенгт с вас обед.

Каждый начинает двигать свой ящик и заниматься своим делом.

На сцене разыгрывается пластическая зарисовка на тему «Однообразие жизни на плоту».

По очереди, каждый член команды говорит фразу на тему своей роли в экспедиции, по нарастающей, с большей злобой. Все переходит в крик.

Во время слов, раздаются звуки грома. С каждой фразой, звуки усиливаются.

Звучит песня Арии-Штиль.

Все (кроме Тура). Штиль, ветер молчит

Упал белой чайкой на дно

Штиль, наш корабль забыт

Один в мире скованным сном

Между всех времен, без имен и лиц

Мы уже не ждем, что проснется бриз.

 

Так дальше продолжаться не может, это бессмысленное плавание когда-нибудь закончится? Тур, зачем это было нужно? Мы плывем уже больше трех месяцев, и все без толку.

Штиль, сходим с ума

Жара, пахнет черной смолой

Смерть одного лишь нужна

И мы, мы вернемся домой

Его плоть и кровь вновь насытят нас

А за смерть ему может Бог воздаст

 

Что нас ждет — море хранит молчанье

Жажда жить сушит сердца до дна

Только жизнь здесь ничего не стоит

Жизнь других, но не твоя.

 

Начинает сверкать молния. Ткань начинает подниматься активнее.

Все (кроме Тура). Тур опусти парус. Давай вызовем помощь, пусть нас заберут отсюда. Тур, это зашло слишком далеко.

Нет, гром не грянул с небес

Когда пили кровь как зверье

Но нестерпимым стал блеск

Креста, что мы Южным зовем

И в последний миг поднялась волна

И раздался крик — впереди земля

 

Что нас ждет — море хранит молчанье

Жажда жить сушит сердца до дна

Только жизнь здесь ничего не стоит

Жизнь других, но не твоя

 

Тур, это твоя мечта, и мы не хотим погибать за нее.

 

Что нас ждет — море хранит молчанье

Жажда жить сушит сердца до дна

Только жизнь здесь ничего не стоит

Жизнь других, но не твоя

Музыка усиливается. Ткань поднимается все выше. Внутри ткани начинает, работать стробоскоп. Команда встает и по очереди подходит к парусу. Поворачиваются спиной и уходят под парус.

Затемнение. Тур стоит в замешательстве.

Тур. Но как же, я верю, нет, я знаю, что мы близко. Осталось только немного потерпеть, и мы одержим победу. Я не могу сдаться.

Звучит «мистическая» музыка. На парусе появляется тень человека.

Голос. Это же глупо Тур, опусти парус, поверни назад. Кому ты хочешь, что доказать?

Появляется еще одна тень.

Голос. (спокойно) Почему, почему ты не можешь быть обыкновенным мальчиком, как все?

Тур. (спокойно)
Но я не хочу, не хочу быть как все.

На парусе появляется все больше теней.

Голос мамы.
(громче) Почему, почему ты не можешь быть обыкновенным мальчиком, как все?

Тур.
(громче) Но я не хочу, не хочу быть как все.

Тур бежит к левой кулисе. Вздымается ткань. На ней появляются тени.

Голос мамы.
(кричит) Почему, (голос становится грубее, переходит в голос толпы) почему ты не можешь быть обыкновенным мальчиком, как все?

Тур бежит к правой кулисе. Там тоже тени.

Голос толпы. Почему ты не можешь быть как все? Сохрани себе жизнь Тур, остановись.

Тур возвращается на середину сцены. Тени становятся больше. Они заслоняют весь парус.

Тур.
(кричит) Быть, как все? Ведь это, все равно, что быть мертвым. Так, ты это называешь жизнью? Жизнь, когда ты отказался от самого себя? Мне не нужна такая жизнь. Живите её сами. Я никогда не опущу парус. Слышите, я не опущу парус.

Звуки грома. Сверкает молния. Тени превращаются в тень от огромной маски Тики.

Тур. Тики. Ведь если ты смог, то и я смогу. Помоги мне Тики, я прошу тебя. Я не отступлю. Я приплыву к островам Полинезии живым или мертвым. (кричит).

Звуки усиливаются. Тень становится больше. Сверкает молния. Тур бьет руками по парусу. Тень превращается в тени чаек. Парус освещается красным светом. Ткань успокаивается и замирает.

Крик чайки.

Из-за паруса выходит команда и поднимает парус.

Эрик. Тур, ты слышишь? Это чайка, ты понимаешь, что это значит?

Молчание.

Эрик. Мы прибыли в Полинезию, Тур. У тебя получилось Тур.

Все начинают кричать, смеяться, радоваться, обниматься. Тур выходит на авансцену. Затемнение. Пушкой высвечивается Тур. Тур достает из ящика маленький плот.

На сцену выходит Тейя.

Тейя. Ну что, Тур. Путешествие прошло удачно. Ты победил. Это конец твоего путешествия?

Тур достает из ящика плотик и подходит к Тейе.

Тур. Нет, это только начало.

Он уходит вглубь сцены и встает под парусом. Поднимает плотик над головой.

Парус наполняется ветром. Звучит скандинавская музыка. Свет медленно гаснет. Лучом света высвечивается изображение Тики и плот в руках Тура.

Ответить

Почта не будет опубликована.Обязательны для заполенения *